Фото, видео

В тени Монблана. Спуск по Белой Долине.

Страна : 14
Местность: Шамони
  • 1.04.2017

    Архаический синдром. О современности вневременного.
    Статья К.Л.Банникова в журнале "Отечественные записки"
    2013г. Том 1: "Кризис рациональности". С. 58-69

    В современной российской публицистике, равно как и на страницах аналитических изданий, не говоря уже о сайтах русскоязычного сектора Интернета, одной из наиболее животрепещущих тем последнего года стала тема архаизации всех сфер общественной жизни — от правоохранительной до церковной.
    Соответственно метафоры типа «мракобесие», «средневековье», «первобытность» уже не просто «украшают» новостные, публицистические, аналитические тексты, но используются их авторами для обозначения новой системы смыслов, господствующей в обществе XXI века.
    Архаизация общественного сознания легко диагностируется, но с трудом поддается анализу в рамках существующих научных концепций, традиционно рассматривающих саму идею архаизации под функционально-эволюционистским углом зрения, как пережиток, сохраняющийся в том или ином обществе в силу некой исторической инертности, вопреки вектору прогресса и развития.
    В XXI веке историки в своих обществах регистрируют явления, аналогичные тем, которые называли странными, присущими якобы не римскому народу, но варварской периферии, их коллеги в Древнем Риме. А описанные Н. Н. Миклухо-Маклаем статусно-символические генитальные операции у аборигенов Папуа-Новой Гвинеи, в деталях совпадают с аналогичными знаково-статусными процедурами, которые иногда проделывают со своими половыми органами военнослужащие армии, вооруженной ядерным оружием. 

  • 27.03.2017

    Трансцендентный звездокрест

    Статья Константина Банникова в журнале "Отечественные записки". Т.5(56)/2013. С.218-228

     

    «Какие у вас в деревне бывают праздники?» — спросили этнографы одну женщину из ульчей, коренных жителей Нижнего Амура. «Поминки», — ответила та, подумав недолго.
    …На местном кладбище все спокойно. Не очень прибрано: в этих краях не принято посещать могилы. Считается, что посещать там особо некого: те, кого проводили в последний путь, ушли, и вне времени погребальных церемоний кладбище — такое же безжизненное пространство, как пустая платформа ночного вокзала, где никто не ждет поезда в неурочный час. На фоне старых могил свежие выделяются аккуратностью. Своим оформлением ульчские и нанайские погребения в общих чертах не отличаются от русских, за тем исключением, что русские на могилах своих родственников склонны возводить монументальные памятники, заменяя временные, легкие металлические или деревянные знаки — кресты или пирамидки — на постоянные: мраморные, гранитные, тяжелые. Ульчи и нанайцы к смерти относятся легче, позаимствовав у русских форму надгробных конструкций. Что касается смыслового содержания погребального ритуала, оно остается традиционным, связанным с древним комплексом представлений о жизненной силе и спиритуальных компетенциях шаманов. Первые дни, пока душа покойного еще не ушла в миры богов и духов, а бродит где-то здесь, неподалеку, ее следует поддерживать, кормить. Для этого у могил жгут костры, а на самой могиле устанавливают дощечку, которая ниткой сквозь толщу земли связана с погребенным телом. В дощечке есть отверстие, в которое вставляется прикуренная сигарета. Ветер сигарету «докуривает», струится дымок, мертвому хорошо, живому спокойно…

  • 23.03.2017

    Юбилейная лекция Сергея Александровича Арутюнова,
    прочитанная в честь своего 80-летия
    на торжественном собрании ИЭА РАН.
    Июль, 2012. Москва.

    Вопрос о различении, предпочтении, противопоставлении друг другу формационного и цивилизационного подходов к изучению исторической реальности начал актуализироваться в отечественной науке относительно недавно, лет сорок тому назад, может чуть больше. До этого в советской науке преобладал формационный подход. Но оба эти подхода существуют столь же давно, как сама историческая наука или вообще как понятие истории. Одним из первых представителей цивилизационного подхода, вернее человеком, который ранее других стал говорить о разных цивилизациях и различиях между ними, был Платон, а формационный подход в своей научно-дидактической поэме «О природе вещей» сформировал достаточно четко Лукреций Кар. Во все столетия после них разные ученые, эксплицитно или имплицитно, прибегали к тому или иному подходу, но надо сказать, что для настоящих ученых никогда не существовало исключительности в выборе подхода, потому что всегда настоящим историкам было ясно, что то и другое - и цивилизационный и формационный подходы – имеют смысл только, когда они дополняют друг друга, или же в зависимости от познавательной задачи исследования какой-то более сильный упор может делаться на один из них, но ни в коем случае не за счет игнорирования другого.

  • 17.01.2017

    Туристическая индустрия, как никакая другая, зависит от таких нематериальных факторов как иллюзии: представления о отдыхе, как о факторе саморепрезентации, социального престижа, символики амбиций, личностного самоутверждения, расширения жизненных смыслов и т.п. - в целом, глубоко антропологических феноменов. Рынок иллюзий строится на основе конкретных технологий: туристическая инфраструктура, гедонистические сервисы, реклама, но без понимания именно антропологической основы туризма реклама не работает, гедонистические сервисы оказываются либо недостаточно гедонистическими, либо избыточными, инфраструктура не окупается. Антропология туризма - довольно молодая отрасль нашей науки. До начала 1960-х годов антропологи не обращали внимания на туризм, очевидно, считая это чем-то не слишком серьезным, самоочевидным, и не стоящем внимания со стороны науки. Однако, обратить внимание пришлось, когда стало самоочевидно другое - современный туризм - это мощнейшая в истории человечества добровольная нелинейная миграция через государственные и естественно-географические границы, не связанная ни с переселением народов, ни с войной, насилием, нуждой, влияющая на мировую экономику, политику, технологии и культуру. 

  • 20.09.2016

    Путешествовала однажды Анна Содэн, итальянский историк из Валле д’Аосты, по Камчатке и занесло ее в гости в дом старой корякской шаманки. Впрочем, «занесло» - не то слово. Шаманка та была дамой известной, а в кругу российских этнографов имела репутацию человека в общении не из легких. Вообще, профессия у этнографов сложная, ведь успех экспедиции – предприятия не дешевого, кстати заметить, - иной раз зависит от настроений, самочувствий, капризов, в общем, «человеческого слишком человеческого». Так вот, ты можешь двенадцать часов лететь в Петропавловск-Камчатский, потом несколько дней добираться до корякских поселков в центре полуострова, чтобы поговорить с человеком о мироздании и мировоззрении, а он тебе и говорит, дескать у нас на Камчатке мировоззрения с мирозданием никакого нету, и уходит по своим делам. Анне же повезло. Старая шаманка, которая сказала: «Записывай», - и рассказала все, что знал ее народ о сотворении мира, о происхождении космоса. 

0.047967195510864