Шаманы в Альпах, или тур по тонким мирам

17 июля 2013

Дело было так. Исследователь шаманизма, итальянский историк Анна Соден однажды познакомилась с известной тувинской шаманкой Ай-Чурек и пригласила ее посетить Валле-д’Аосту. Долина, горы, сам Монблан – все это произвело впечатление. Надо заметить, впечатление шаманов отличаются от впечатлений туристов. Шаманы чувствуют некие тонкие энергии, недоступные ощущению и пониманию обычных людей. Вот Ай-Чурек и почувствовала.
– Ты знаешь, – сказала она Анне, – этот ваш Монблан – священная гора, гора духа – хранителя всей Европы... 

Полный текст публикации

Дело было так. Исследователь шаманизма, итальянский историк Анна Соден однажды познакомилась с известной тувинской шаманкой Ай-Чурек и пригласила ее посетить Валле-д’Аосту. Долина, горы, сам Монблан – все это произвело впечатление. Надо заметить, впечатление шаманов отличаются от впечатлений туристов. Шаманы чувствуют некие тонкие энергии, недоступные ощущению и пониманию обычных людей. Вот Ай-Чурек и почувствовала.

– Ты знаешь, – сказала она Анне, – этот ваш Монблан – священная гора, гора духа – хранителя всей Европы...

Они гуляли вдвоем по горным террасам Валле-д’Аосты, в окрестностях Энтро, родной деревни Анны, места, выбранного Ватиканом для летней резиденции понтификов, и уж неизвестно, разбирались ли ватиканские агенты в тонких энергиях или выбрали это место случайно, но папская резиденция построена на том месте, напротив которого, на другой стороне долины, Ай-Чурек решила возвести и свое шаманское святилище.

– Зачем это нужно? Ну, понимаешь, Монблан ваш страдает... В нем дыра, там люди горят (имеется в виду тоннель, в котором в результате аварии погибло 40 человек. – Прим. ред.). Это такая же гора, как у монголов Тован Богды Ула, только мы в своих горах дырки не сверлим. Я понимаю, что здесь Европа и все по-другому, но если все эти тоннели и подъемники вам необходимы, то хорошо бы поставить обо. Это для духа-хозяина, для его умиротворения...

Так в Валле-д’Аосте возникло такое же святилище, какие можно встретить на перевалах Центральной Азии – на Алтае, в Туве, Бурятии, Монголии. Эти святилища несложно устроены и планом напоминают древние курганы. Просто каменная насыпь, обнесенная кольцом из камней, в центре одна или несколько жердей, палка или сухое дерево, на которое всякий проходящий мимо привязывает полоску ткани. В знак своего личного уважения силам и законам Мироздания.

Завязывание узелков на ткани – архетипический жест от частного к общему в знак их связи и гармонии. Эта традиция довольно древняя. Аналогичные круговые каменные выкладки и пирамидки можно встретить в горах всего мира. Здесь, в Валле-д’Аосте, на перевале Малый Сен-Бернар находится кромлех – культовый комплекс кельтской эпохи, напоминающий своей структурой и ориентацией на точки восходов и закатов в дни солнцестояния знаменитый британский Стоунхендж. Найти его не легко, а очень легко. Два столба, обозначающие государственные границы Италии и Франции с соответствующими табличками, оказались ровно в круге кромлеха, через который проходит главная асфальтовая дорога, ведущая из Валле-д’Аосты к французским городам, деревням, курортам долины реки Изер. Границы современных государств прошли по естественным границам, не столько разделявших, сколько соединявших древние народы. В наше время в дни летнего солнцестояния у кромлеха на Малом Сен-Бернаре проводится кельтский фестиваль, на котором собираются те, кто считает, что ничто кельтское ему не чуждо, и это значит, что жизнь продолжается. На этом и ему подобном перевалах люди устраивали ярмарки, состязания, пиры, драки, жертвоприношения, праздники... одним словом – творили историю. Общались друг с другом и со своими богами. Дошедшие до нас памятники типа кромлеха и Стоунхеджа – это памятники человеческим усилиям осмыслить отношение сакрального и профанного и достичь гармонии социума и космоса – той самой гармонии, которой тувинская шаманка Ай-Чурек посвятила свое обо.

Интересно то, как подобные древние памятники пробуждают в современных людях, рожденных и воспитанных в культурах, далеких от шаманских и тем более кельтских традиций, спонтанные, бессознательные, но светлые чувства своего сопричастия к силам Земли. Туристы и местные жители, набредающие в своем трекинге и хайкинге на обо, конечно, не понимают, что перед ними шаманское святилище. Они не в курсе того, как именно следует себя здесь вести, какие ленточки и на сколько узлов привязывать. Но чувствуют, что непростое это место. Что оно каким-то непостижимым образом связано лично с ними – с их жизнью, их горами, их миром, их Монбланом. И, движимые бессознательным импульсом, инстинктом гармонии, случайные в общем-то люди вдруг начинают нести в шаманское святилище разные предметы – монетки, бусы, кукол, что угодно. Неважно, что именно. Символы сопричастия. Или соучастия?..
Тувинская шаманка, уже, увы, покойная, соорудив здесь, в Альпах, нечто такое, что считала важным, разбудила в проходящих мимо людях спонтанное, непроницаемое для научного анализа и вместе с тем ясное чувство сакрального. Чувство причастности человека к общим законам Вселенной. И чувство его со-участия в Мироздании.

P. S.
Ай-Чурек построила свое обо на просторной горной террасе, неподалеку от которой находится гостиничный комплекс Notre Maison, замечательный своей эстетической включенностью в природный ландшафт. Крытые плитами сланца крыши, натуральное дерево в интерьерах, коттеджи с тесаными столиками у дверей, поросшие мхом ступеньки... Журчанье ручья, шелест ветра в траве дополняют весь этот дизайнерский фэн-шуй. Шаманское обо, возникшее у них по соседству, внесло свои поправки в бизнес-карму заведения. Гостиница вдруг стала пользоваться популярностью у публики, путешествующей в поисках сокровенных смыслов, открывающихся им в так называемых местах силы. Такие персонажи обычно бродят по азиатским горам в поисках Шамбалы, а по европейским – выступая с докладами на всевозможных религиоведческих конференциях. Надо ли уточнять, что такие конференции, конгрессы, симпозиумы – весь этот духовный туризм – оказались естественной специализацией гостиницы у обо, посвященного духу – хранителю Монблана. Может быть, авторы будущих учебников по туристическому менеджменту когда-нибудь назовут это место отправной точкой для нового вида туризма – туризма спиритуального, или – будем чуть менее категоричны в формулировках – просветленного. 

0.08185887336731