Телефон. История изобретения

14 октября 2017

В 1865 году Инноченцо Манзетти из Аосты изобрел два очень важных для нас предмета – автомобиль и телефон. Да, паровой дорожный автомобиль - первый современный автомобиль, способный двигаться по обычным, то есть не подготовленным специально для него дорогам, и телефон, или, как его тогда назвали, «вокальный телеграф». Вряд ли стоит утверждать самоочевидное – без автомобиля и телефона, этих устройств телепортации тела и мысли, немыслим весь последующий прогресс, весь XX-й, и далее, век. 

Полный текст публикации

В 1865 году Инноченцо Манзетти из Аосты изобрел два очень важных для нас предмета – автомобиль и телефон. Да, паровой дорожный автомобиль - первый современный автомобиль, способный двигаться по обычным, то есть не подготовленным специально для него дорогам, и телефон, или, как его тогда назвали, «вокальный телеграф». Вряд ли стоит утверждать самоочевидное – без автомобиля и телефона, этих устройств телепортации тела и мысли, немыслим весь последующий прогресс, весь XX-й, и далее, век. И сложно отделаться от мысли во время прогулки по старому кладбищу в центре Аосты, что именно здесь, у невзрачной могилы Инночента, или, как его называли в итальянских газетах, Инноченцо, пролегает почти физически ощутимая граница между прошлым человечества и будущим. Впрочем, что еще чувствовать на кладбищах "смертным прохожим"?

ВРЕМЯ И МЕСТО
Аоста, долина и город, прозванный со дня основания «Альпийским Римом», всегда отличалась каким-то особенным, пограничным состоянием в мирах, эпохах, культурах. Ее хребты и перевалы были границей племен первых людей, поселившихся в Альпах. Здесь проходила граница римской и кельтской культуры, и дорога Виафранчизжина, «Дорога франков», соединявшая цизальпийский Рим с трансальпийским миром через перевалы Большой и Малый Сент-Бернарды. Здесь проходили Ганнибал, Карл Великий, Наполеон Бонапарт, здесь же пролегала одна из траекторий крестовых походов. Таким количеством гениев, как Флоренция эпохи Возрождения Аоста похвастаться не может, гениев рождалось здесь не в изобилии, но, зато какие! Аоста десятого века послала миру философа Ансельма Кентерберийского, или, как его звали в Англии, Ансельма из Аосты, великого богослова, разработавшего систему доказательств бытия божьего исходя и рационального мышления, заложившего основы схоластики – той самой области познания, в которой Старый Свет учился думать, и додумался в итоге до того, что весь мир, весь этот Земной шар со всем его человечеством, стал таким, каким он стал, нравится это кому-то, или нет. Так что, выглядит символичным, что здесь же, спустя девять веков родится и умрет изобретатель двух главных «вишенок» на «торте» глобальной цивилизации - телефона и автомобиля.
Как это часто бывает, от этого торта самому изобретателю особенных калорий не досталось. Соответственно, и вы, о, читатель, слышите это имя – Иннокентий Манзетти – впервые. А все потому, что в эпоху развитого капитализма действует принцип: будь активным! Съел тот пострел, который поспел. И это явно не про Манзетти, как и не про остальных гениев того времени. История с этим именем обошлась до жестокости несправедливо. Но, История - не сестра милосердия. И если эти кладбищенские записки послужат восстановлению справедливости, и если в мире появится новое количество людей, знающих что-то о изобретателе Манзетти, то пусть это не произведет фурор, пусть правда торжествует, как трава – тихо, и неизбежно.

ВЗЛЕТ МЕХАНИЧЕСКОГО ПОПУГАЯ
Итак, начнем с начала. С дня рождения. Инноченцо Манзетти родился в Аосте 17-го марта 1826 года. В 1849 году, в возрасте своих 23-х лет, он порадует публику своим роботом-флейтистом – железным человеком, играющем на флейте. Механический человек умел немного двигаться, вежливо снимать шляпу, разговаривать на общие темы, и исполнять на флейте 12 мелодий. Правительство города выделило им с Инноченцо грант на участие в Лондонской выставке 1851 года, и, воодушевленный успехом, изобретатель создал еще несколько удивительных игрушек - механического летающего попугая, музыкальную шкатулку с "живой" куклой, пантограф, которым выгравировал на рисовом зерне портрет Римского папы Пия IX.
Занимательными штуковинами он себя не ограничивал, и стремился изобретать еще что-то практически полезное и общественно значимое. Так он разрабатывает и строит водные насосы для осушения затопленных шахт, строит систему фильтрации воды для городской водозаборной станции, создает какую-то гидрированную известь, и изобретает новый символ Италии эпохи промышленной революции - машинку для изготовления пасты. Ее-то он, в отличие от своих самых грандиозных изобретений, запатентовал.
В 1865 году он создает автомобиль на паровой тяге, то есть создает паровоз в миниатюре и ставит его на вполне себе автомобильное шасси с функциональной системой рулевого управления. В тот же год устраивает презентацию "вокального телеграфа" - устройства, преобразующего звук в электрический сигнал, и позволяющего передавать звук на расстояние провода. Над ним он работал с 1843 года, и спустя 12 лет представил уже готовый результат, задолго до того, как получили известность имена двух главных конкурентов, сразившихся на полях юридических баталий за право присвоить себе его открытие - это итальянец Антонио Меуччи, зарегистрировавший свою идею передачи звука на расстоянии в 1871 году, и американец Александр Грэхем Бэлл, получивший патент изобретателя телефона в 1876 году.

ЛАПША И ТЕЛЕФОН ПОКА НЕ СОВМЕСТИМЫ
Естественный вопрос - почему Манзетти не запатентовал свой "вокальный телеграф", не имеет однозначного ответа. Здесь имеет место целый комплекс причин социально-психологического, и, отчасти, политического характера, то есть, общего культурного контекста того времени. Публика, которую радовал его механический попугай, как и машинка для изготовления лапши, вдруг обрушилась с уничижительной критикой на устройство по трансляции звука. "Трудно себе вообразить, кому из нормальных людей в обозримом будущем может быть полезным этот механический рот. Разве что парочке влюбленных потребуется проворковать друг-дружке, что-нибудь типа спокойной ночи ", - пишет одна флорентийская газета. А за год до официальной презентации телефона Аосту посетил министр Матеуччи и открыто "наехал" на Манзетти со словами: "Да вы с ума сошли! Мы только-только объединили Италию, мы переживаем революционные потрясения! А вы что тут изобретаете?! Если мы имеем дело с нормальным телеграфом, где оператор передает и принимает письменные сообщения, то это мы все можем контролировать. А что такое ваш "вокальный телеграф"? Это два человека, безо всякого контроля и посредничества разговаривающие и договаривающиеся неизвестно о чем. Все это может представлять опасность для правительства!" Идут века. Гонцов сменяют почтальоны, голубиную почту - телеграф, телеграф - телефон, телефон - интернет, а жалкие, несчастные правительства пребывают в своем первородном страхе, от того, что они не все могут контролировать.

ПРОГРЕСС, ОБОГНАВШИЙ СМЫСЛ
Судя по всему, и сам Манзетти в своих изобретениях настолько опередил собственное время, что был готов согласиться со своими критиками в том, что в обозримом будущем телефон вряд ли кому-то понадобится, и расходы, - притом, немалые, - которые требует процедура оформления патента, не окупятся. Лишних средств у него не было, отсюда и желание патентовать что-то более понятное и приятное широкой публики, типа машинки для спагетти. Он и презентацию 1865 года не устраивал бы, но его друзья настояли.
И вот итальянская газета "L’eco d’Italia, выходящая в Нью-Йорке, пишет об этой презентации, как о всемирной выдающейся новости. Другой итальянец - инженер и бывший гарибальдиец Антонио Меуччи, находившийся тогда в Нью-Йорке, прочитал эту публикацию, и ответил серией заметок, в которых утверждал, что и сам придумал нечто подобное, и даже описал "авторский" механизм передачи звука - посредством специальной фольги, которую надо особенным образом держать между зубами, чтобы при произнесении звуков, возникали механические вибрации. В завершение серии этих статей он пригласил Манзетти к сотрудничеству, на которое тот не ответил. Дальнейшая история Меуччи - это история не столько изобретений, сколько судов с Бэллом.
В процессе выяснения отношений, возник естественный вопрос - а не почтил ли молодой Бэлл собственной персоной ту самую презентацию телефона в Аосте в 1865 году, в делегации "английских механиков", о которой тогда написали местные газеты? Позже сам Инноченцо Манзетти упоминал в частной переписке, что с того самого дня у него хранится визитка Бэлла.
Манзетти умер ровно через год после того, как Бэлл официально запатентовал телефон в качестве, разумеется, собственного изобретения, и не был свидетелем еще более позорных страстей вокруг его творения, в которые заокеанские проходимцы втянули его вдову. Дальнейшие события развивались подобно детективу.

СОЗВОНИМСЯ В АДУ
Чтобы прекратить споры о том, кто есть настоящий автор телефона, Бэлл решил обманом заполучить авторские права на изобретение Манзетти, войдя в доверие к его вдове. И вот, в один из дней на пороге ее дома возникает американский господин, весь такой, исполненный сочувствия, и убеждает ее в том, что желает только справедливости, и ничего, кроме справедливости не желает. Он хочет, чтобы имя Инноченцо Манзетти звучало в веках в каждом телефонном звонке, и чтобы именно он, а не этот пройдоха Бэлл, официально считался бы автором столь важного изобретения. Осталось всего лишь уладить формальности, а для этого ему нужен сущий пустяк - официальная передача всех авторских прав на изобретение Манзетти, с нотариальным оформлением... Ох, уж эта Валле д'Аоста! Край непуганых вальдостанцев. Разумеется, женщина ему поверила, и отправилась с ним к нотариусу.
Надо ли говорить, что это был эмиссар самого Бэлла? Звали его Гораций Элдред, глава Нью-Йоркского телеграфа, только что назначенный Бэллом на должность президента телефонной компании "Миссури Бэлл". Знал, знал Александр Бэлл толк в кадрах!
На обратном пути до мистера Элдреда, наконец, дошло, что он заполучил. Вернувшись в Америку, он первым делом запатентовал изобретение Манзетти на свое имя, после чего легко выиграл в суде у Бэлла, и открыл завод в Нью-Йорке на Фронт-стрит. В послужном списке его дальнейшей карьеры должность вице-президента Общества телефонистов США, его представителя в Европе, и, возможно, в аду, в одном котле с Бэллом.

МЕТАФИЗИЧЕСКИЙ ПОСТСКРИПТУМ
Страсти прошли вместе с жизнью, и все участники этой истории обрели покой под своими могильными камнями. А история досталась историкам. Впрочем, кто в наше время верит историкам? Особенно, когда история претендует на смыслы, и требует помощи метафизики.
Есть некая утонченная ирония судьбы в том, что имя создателя главного информационного устройства, при помощи которого поколения будущего будут друг-другу вешать на уши лапшу, осталось запечатленным на машинке, делающей пасту.
В забвении имени истинного изобретателя есть безусловная несправедливость, но, если подумать, в несправедливости той есть историческое, - нет, скорее метафизическое милосердие. Без новых систем массовой коммуникации - радио и телефона, - век фашизма и коммунизма был бы невозможен технически. И мы, по крайней мере, не ассоциируем фамилию Манзетти с миллионами приказов о бессудных казнях безвинных людей, отданных посредством телефона за весь последующий XX век. И звонки "вертушек" главных упырей планеты не звучат в унисон с его именем. Так Инноченцо остался безгрешным. 

0.062171936035156