Москва - Пежо - Монблан

5 февраля 2013

Когда отправляешься в путь за три тысячи километров, лучше не суетиться. Но, как обычно, все дела, которые предстояло доделать на три месяца вперед, пришлись на день отъезда. Точнее, на ночь, поскольку предстояло подождать, пока на Кутузовском проспекте рассосутся пробки. И вот, 23:30, первая остановка у одинцовского Макдональдса. Хочется кофе. Вторая, под утро, уже в Белоруссии. Час поспал, поехал дальше. 

Полный текст

Когда отправляешься в путь за три тысячи километров, лучше не суетиться. Но, как обычно, все дела, которые предстояло доделать на три месяца вперед, пришлись на день отъезда. Точнее, на ночь, поскольку предстояло подождать, пока на Кутузовском проспекте рассосутся пробки. И вот, 23:30, первая остановка у одинцовского Макдональдса. Хочется кофе. Вторая, под утро, уже в Белоруссии. Час поспал, поехал дальше.
Дорога через Белоруссию в Европу хорошая. Ни ментов, ни радаров, гони – не хочу. Гнать совершенно не хочется под эти умиротворяющие мотивы Белорусских радиостанций, отсылающих сознание своим репертуаром назад, в прошлое. По всем каналам звучит «Взял бы я бандуру», и тому подобные ингредиенты из программы советской музыкальной школы. Можно стать бандуристом, если слушать это до самого Бреста... Из купленных намедни дисков с Горбушки CD-проигрыватель этой машины читает только Питера Гэбриеля, Баха и Алана Парсонса, перепутанного с его однофамильцем Дэвидом. Перед Минском паркуюсь у придорожного кафе. Чопорная, губки бантиком, барышня принимает заказ и озвучивает нечто назидательное относительно меню. Зачатая накануне Беловежских соглашений, она с незамутненной чистотой воспроизводит тип заведующей столовой середины XX века, и  ясно – с руки вас кормит Архетип. Она кокетничает с дружком-водилой через прилавок. Прошу обоих показать маршрут на карте, чтобы мне проехать Минск по окружной, а не насквозь. Карта вызывает смятение. “Чо за такая карта?” – “Почему не по-русски написано?” – “Ну ты же видишь, человек... не-белорус.”
К вечеру проезжаю Брест. Три часа для этого КПП – не время. Думаю о другом. Машина под крышу набита журналами, названия которых начертаны на бортах. Документы в порядке, но мысли белорусских таможенников неисповедимы, поэтому я предпринимаю меры, чтобы они не признали в Destinations/TransAlpina товар, тем более, что я не продавать их везу. Прежде всего – никаких упаковок. Стало быть, рассыпаю россыпью журналы, не поместившиеся в чемоданы, рюкзаки и лыжный чехол по багажнику. Кнопкой электропривода, отодвигающего сидения в этом «Пежо» прижимаю рюкзак к заднему сиденью так, чтобы его нельзя было пошевелить, не то что вытащить. На верхний клапан рюкзака вешаю свою чудную саамкую кружку, чтобы внести некое разнообразие в монотонный визуальный ряд утомленного за рабочую смену таможенника.Таможенники – люди профессиональные, заточенные на поиск водки и сигарет в автомобилях белорусско-польских вояжеров. В нестандартных же ситуациях они испытывают скуку и раздражение тем, что жизнь у них собачья, а все куда-то едут. И вот таможенник, с восторгом младенца, крутит в руках мою кружку, прицепленную к рюкзаку, и все остальное словно уже не так важно...
На территории Польши паркуюсь у первого Макдональдса, как можно ближе к витрине. Не выходя из машины проверяю почту, раскупориваю бутылку чего-то из брестского DutyFree, захожу в Facebook, и от туда прямиком в Сады Морфея. До рассвета часа три. Вполне достаточно.
Утро. Восход в пейзаже какой-то промзоны. Объезжаю Варшаву, рулю на юг. Начались проселочные дороги со знаками 50км/ч и тракторами со скоростью в два раза ниже разрешенной. Полдня ушло на то, чтобы выехать на трассу, ведущую на Дрезден. Через некоторое время начался польский хайвей с разрешенной скоростью 130 км/ч. Ее и придерживаюсь.
Пошел снег. Точнее, снегопад. Еще точнее, снежный шторм. Поток машин заметно сбавил скорость, но мне все равно. У меня, в отличие от большинства, следующих в правом ряду, отличная зимняя резина. На всякий случай включаю полный привод. Скорость ровно 130. Потом 110... Снегопад все усиливался. Вот уже еду не по асфальту а по снежной колее, и, тем не менее, как по рельсам... Вот на обочине справа к верху колесами валяются разные автомобили, а на встречной полосе слева началась многокилометровая пробка из-за аварии. Однако, надо сбавить скорость... Сбавил. Теперь 90 км/ч. Еду как будто один, весь поток позади в зеркале не видно из-за снега. Снег такой, что дворники молотят с максимальной частотой. Впереди показалась «Тойота RAV-4» притормаживаю до ее скорости, около 70 км/ч, и какое-то время еду за ней, думая, как бы ее обогнать. Решение вопроса себя ждать не замедлило. Тойоту начинает заносить с нарастающей амплитудой, начинает крутить... Машина вращалась вокруг своей оси, билась об отбойники, (а если бы их не было?!), все это длилось меньше 10 секунд, но видеть это, как в замедленном кино, было страшно. Разумеется, я тормозил как сумасшедший, и система торможения моего «4008-го» показала себя в наилучшем виде. Абээска под ногой исполнила некий «полет шмеля» и замерла. Все. Стою. Передо мной в метрах тридцати несчастный «РАВ-4» замер, развороченный в центре дороге, с содранными с дисков покрышками (разумеется, летними) остановился. Как во сне снимаю ногу с педали тормоза, включил аварийку, вздернул ручник и побежал узнавать, нужна ли человеку помощь. К счастью, никто не пострадал. Сзади поток машин, насколько это можно было различить сквозь стену снегопада, встал, моргая аварийками. Два десятка мужиков из ближайших машин вышли, и перенесли (именно перенесли, а не откатили) «Тойоту» в сторону к правому отбойнику. Все сели, мысленно перекрестились, (поскольку мы в еще католической Польше), и поехали. Я был готов целовать льва на руле своего «Пежо», за то что уберег от столкновения. До Дрездена, пока снег не превратился в дождь, ехали не быстрее 60 км/ч. Потом почувствовал под ногами твердый асфальт, и, конечно же, снова втопил.
День третий пути. Немецкие автобаны. Если вы считаете себя крутым водителем, просто покатайтесь по немецким автобанам. Полезно для профилактики самомнения... Еду с полчаса за каким-то “Поршем”. Скорость 130, как разрешено, согласно знакам. Не думаю о знаках, думаю о дистанции, и еще о том, что вот какая у меня прекрасная машина “Пежо 4008”, на которой я аж спортивному “Поршу” едва не въезжаю в жопу. Тут мы поравнялись со знаком “Конец 130 как ограничению” и “Порш” улетает в точку двух пересекающихся на горизонте параллельных прямых, согласно закону Лобачаевского. А мой спидометр только приближается к 170. При всей любви к своему “Пежо” должен признать, что тот “Порш” меня сделал.
На немецких автобагах главное – это никому ничего не доказывать. Ты едешь со скоростью, на которую способен твой автомобиль, а слева мимо тебя проносятся и улетают за горизонт, то есть в закат (так как мы едем на запад), другие автомобили. Едешь себе со своими 170, и едешь. Скоро приедешь.
В зеркале заднего вида показался дивной красоты закат. Это значит, что ты уже едешь не совсем на запад. Дорога исполняет мертвую петлю, и впереди – швейцарскя граница. Это повод выпить кофе. где-то впереди Лозанна, Берн, Цюрих и все такое, а тебе нужно прицепить на стекло благоприобретенный стикер швейцарских автобанов (это всего-то 35 евро в год), подумать о будущем, и ехать дальше. Лозанна, Берн, Цюрих... Слева по борту огни Женевы. Еще 90 километров, час езды, и – все. Приехал. Привет тебе, Шамони! Это так странно, но я здесь живу, и в сугробе возле дома сегодня даже нашлось место припарковаться. Это повод включить блокировку дифференциала. 

0.059698104858398