К источнику

28 июня 2014

Если дух божий действительно носится над водой, то вполне вероятно, что всем прочим акваториям мира он предпочитает Леман. Чистейшее, под стать чистоте божественных помыслов, Женевское озеро отражает небо, солнце, Альпы – пейзаж простой и абсолютный. Стекающая с ледника Рона впадает в Леман в районе Монтре, изливается из него в центре Женевы, начиная свое шествие к югу. К Средиземному морю. К Мировому океану, чтобы, испарившись, воспарить в облака и осыпаться на Ронский ледник свежим снегом. Рона влилась, Рона пролилась... Род пришел, род уходит. 

Полный текст

Если дух божий действительно носится над водой, то вполне вероятно, что всем прочим акваториям мира он предпочитает Леман. Чистейшее, под стать чистоте божественных помыслов, Женевское озеро отражает небо, солнце, Альпы – пейзаж простой и абсолютный. Стекающая с ледника Рона впадает в Леман в районе Монтре, изливается из него в центре Женевы, начиная свое шествие к югу. К Средиземному морю. К Мировому океану, чтобы, испарившись, воспарить в облака и осыпаться на Ронский ледник свежим снегом. Рона влилась, Рона пролилась... Род пришел, род уходит.
Женева, зимой пронизанная холодными туманами, летом преображается, словно перерождается, и превращается в город-курорт. В особенно жаркие дни ритм деловой столицы мира замедляется, становится неспешным, и конец рабочего дня вливается в плавное течение Роны. Вливается буквально. Обычная картина: человек в деловом костюме выходит из офиса, развязывая галстук, перебрасывает через плечо ремень портфеля, раскладывает самокат и катится на пляж. Жители Женевы любят поплавать не в судоходном Лемане, а в потоке вытекающей из него Роны, которая на протяжении двух километров вниз по течению, до ее слияния с Арвом, сохраняет кристальную чистоту своих ледников. Здесь глубоко, но дно видно в деталях. Ныряющий с моста ныряльщик при вхождении в воду рассматривает камни. Вот и Понтий Пилат, утопившийся в Роне, согласно версии Евсевия Кесарийского, их тоже, должно быть, рассматривал.
Туристы все прогуливаются по набережной, испытывая притяжение символа. Орошающий небо фонтан зовет и все земное припасть к источнику и непременно сфотографироваться на его фоне. Все состояния воды доступны и взгляду, и объективу. Фонтан завораживает, особенно на закате. Вы и не заметили, как у вас кончилась память. В камере или смартфоне, разумеется. И слава богу. Теперь вы действительно все запомните.
Гуляя по набережной, незаметно для себя можно уйти совсем далеко, впадая в легкий транс, подчинив сознание ритму шагов. Это пространство Ривьеры – активная среда, она заманивает странника и приглашает в себе раствориться. Некоторые, как Чарли Чаплин и Набоков, так и поступили, оставшись на этих берегах коротать лучшую часть жизни. А те, кто только начинает жизнь с видом на Леман, воспринимают мир естественно прекрасным и не ведают, что может быть иначе. Дети качаются на старых автомобильных покрышках, привязанных ремнями к деревьям, взлетая в небо, носятся над водой. Род ушел. Род приходит. 

0.08382511138916